Разобранные электронные устройства и их компоненты на рабочих столах наглядно демонстрируют, насколько сложны материалы и конструкции современной техники и как много усилий требуется для повторного использования и переработки. При этом выброшенные электронные отходы, содержащие редкоземельные и другие ценные элементы, с тревожной скоростью заполняют полигоны по всему миру, тогда как именно эти материалы необходимы для глобальных производственных цепочек.

Согласно данным Глобального мониторинга электронных отходов, в 2022 году в мировом объёме e-waste содержалось около 68 миллиардов фунтов металлов, включая значительные объёмы критически важных сырьевых ресурсов. Совокупная стоимость этих металлов оценивалась в 91 миллиард долларов, при этом наибольшую ценность представляли медь, железо, золото и никель.

При формальной переработке в 2022 году удалось вернуть металлы лишь на сумму около 28 миллиардов долларов, ещё примерно 12 миллиардов пришлось на неформальный сектор. Однако при учёте ежегодного ущерба для здоровья людей и окружающей среды, который оценивается в 78 миллиардов долларов, электронные отходы в целом превращаются в глобальный убыток примерно в 37 миллиардов долларов, а к 2030 году эта цифра может приблизиться к 40 миллиардам.

Томас Уизерелл, президент компании Data Recycling of New England, считает, что проблему электронных отходов нельзя сводить только к извлечению ценных металлов. Он указывает, что часто игнорируются опасные материалы, крайне малое содержание драгоценных компонентов в каждом устройстве и тенденция производителей снижать долю золота в новой электронике. По его словам, устройства сегодня приносят ту же цену в виде лома, что и 15 лет назад, тогда как издержки выросли, из-за чего многие переработчики вынуждены делать ставку на перепродажу техники.

Трей Клоссон, генеральный директор компании Amplio, добавляет, что у многих предприятий попросту нет стимулов для ответственного управления электронными отходами. Закупки ориентированы на производство, и зачастую проще отправить оборудование на свалку или к скупщику, чем обеспечить правильную утилизацию. Он отмечает, что управляющие инвентарём на заводах не располагают ни ресурсами, ни чёткими указаниями для решения этой задачи.

Масштабы проблемы значительны: в среднем каждый человек производит около 18 фунтов электронных отходов в год. Крупная и тяжёлая техника, например холодильники, перерабатывается чаще, чем мелкая электроника. При этом, как подчёркивает Уизерелл, называть электронные отходы «золотой жилой» некорректно, поскольку реальная извлекаемая ценность большинства устройств крайне мала.

По словам Клоссона, цены на металлолом остаются нестабильными, но в долгосрочной перспективе растут, обеспечивая базовую стоимость устаревших активов. Используемое Amplio программное обеспечение с элементами искусственного интеллекта сравнивает потенциальную прибыль от перепродажи с выгодой от сдачи в лом, позволяя выбрать оптимальный вариант. Даже если оборудование не имеет ценности как целый продукт, его часто можно переработать с положительным финансовым результатом.

Исмаэль Веласко, основатель фонда Adora Foundation, видит перспективы в инновациях — от снижения программно навязываемого устаревания до глобального повторного использования аппаратного обеспечения. Он отмечает, что пока существуют лишь отдельные платформы и отраслевые инициативы, направленные на сбор и переработку электроники, но почти отсутствуют решения, влияющие на сам этап проектирования устройств.

Франсис Д’Суза, генеральный директор Banyan.eco, разработал платформу, оценивающую пригодность электроники к переработке и повторному использованию ещё до начала производства. Он подчёркивает, что дефицит ресурсов и геополитическая напряжённость уже заложены в отрасли, а рост объёмов выбрасываемой техники усиливает как экологическое, так и экономическое давление. По его мнению, выбрасывание оборудования ведёт к загрязнению токсичными материалами и удорожанию новых устройств по мере истощения ресурсов.

Люк Крихфилд, директор по развитию спроса в Amplio, считает, что ключ к сокращению электронных отходов лежит в сфере закупок. Планирование устойчивости должно начинаться на этапе приобретения оборудования, с учётом срока службы и возможности повторного использования между объектами. Он указывает на растущий спрос на восстановленную технику, особенно в ситуациях, когда от неё зависит непрерывность производства.

Крихфилд также обращает внимание на децентрализованные системы закупок, где покупатели мотивированы снижать первоначальную цену, а не будущие излишки. По его словам, самый эффективный способ сократить электронные отходы — не приобретать лишнее оборудование, хотя на практике это сделать непросто. Важную роль он отводит государственному регулированию, включая внедрение в Европейском союзе регламента по экологичному проектированию устойчивых продуктов, который может стимулировать повторное использование техники.

Миган Кеннеди, основательница Orange Sparkle Ball, отмечает, что регуляторы, клиенты и инвесторы всё чаще требуют прозрачности в обращении с техникой по окончании её жизненного цикла. Это давление способствует улучшению учёта, увеличению срока службы устройств и развитию программ возврата. В рамках её инициативы Penny Pickup применяется безвыбросная микрологистика с использованием автономных роботов и грузовых электровелосипедов для сбора оборудования прямо из домов, лабораторий и офисов.

Перемещая восстановленные устройства к местным ремонтным и перерабатывающим центрам, такие подходы позволяют сохранять экономическую ценность и рабочие места внутри сообществ и одновременно сокращать объёмы электроники, отправляемой на свалки.