Пробили часы на старой башне в соседнем парке. Стихли крики чаек и шум прибоя, утихли гитарные переборы на террасе. Осыпались лепестки жасмина, уносимые ветром с балкона. Отгремели фейерверки в честь дня рождения, оставив на скатерти горы персиков и инжира, запах дымки от костра и бутылки недопитого вина в ведерке со льдом. Самая теплая и беззаботная ночь лета.

Я проснусь под вечер следующего дня, когда солнце уже начнет клониться к горизонту, заливая комнату золотым светом. Не открывая глаз, прислушаюсь к звукам вокруг. И вспомню вчерашний вечер, подаривший мне тебя — самый лучший мой подарок из всех, что когда-либо преподносила мне судьба.

Тихо дребезжит вентилятор, какая-то радиопередача — неугомонные голоса ведущих, подумаю я про себя. За окном так же тихо шелестят пальмовые листья, заглушая далекий шум прибоя.

Еще не открыв глаз, кожей почувствую одинокий холод в постели. В душу заползет ужасная мысль — А вдруг я просто проспала все утро и не было никакого подарка, не было тебя?

К горлу подкатится комок. Не в силах больше строить догадки, приоткрою глаза и увижу тебя, сидящего ко мне вполоборота на плетеном кресле. До уха донесется твое прерывистое дыхание.

Не вижу тебя четко, как и все люди с плохим зрением, лишь размытые контуры твоего обнаженного тела, наполовину утопленного в глубоком кресле с мягкими подушками. Но мне это и не нужно, я живу звуками, запахами и зрительными воспоминаниями. И они ничуть не хуже обычной зрительной картинки.

Поняв, что это все же не сон, блаженно закрываю глаза и прислушиваюсь к твоему дыханию. Что же оно мне говорит? То, что ты не просто смотришь в окно, и не просто сидишь. Пока я наконец не понимаю, от чего же твое дыхание стало такое тяжелое и прерывистое! Ты дрочишь, дорогой, да! Именно это я и слышу сейчас. И представляю, как сейчас твои уверенные и сильные руки движутся по твоему хую, подрачивая его: одна рука на хуе, движется по нему снизу вверх, и снова вниз, то скрывая, то обнажая блестящую розовую головку члена, не очень быстро, а растягивая себе удовольствие; и вторая твоя рука на яйцах, ритмично и пока не сильно сжимая их, иногда касается промежности.

А по моему телу разливается сладкое тепло. Начиная с кончиков волос на голове жаркая волна начинает катиться вниз, заливая мое лицо, наполняя грудь своим горячим дыханием, перекатываясь по животу вниз, и наполняя жарким теплом мое лоно, подарив остаток своего тепла ногам. Губы расползаются в улыбке.

Слегка потягиваюсь.

Я слышу, как ты повернул голову в мою сторону и чувствую твой взгляд на себе. Он почти физически ощутимо касается моего обнаженного тела на смятом белье. Чувствую, как ты мазнул взглядом по обнаженным ногам, одна из которых согнута в колене, вверх, по бедру, по обнаженной пи3де, задержал на ней свой взгляд, разглядывая ее: гладкие, розовые, выбритые губки, влажную щель между ними, небольшой треугольник волос на лобке.

Слышу, как участилось твое дыхание, стало более глубоким и хриплым. Не трудно угадать, что ты думаешь сейчас «Жаль, что она спит.» Почему ты не разбудишь меня? Что может быть лучше, чем проснуться от твоих прикосновений, когда хочешь тебя уже во сне? Что может быть лучше вечернего секса и твоих губ на моем теле?

Твой взгляд мажет по телу еще выше, опять останавливаясь на груди, на моих розовых, слегка загорелых сосках. Ты видишь, как грудь приподнимается при каждом моем вдохе.

Все, не могу больше притворяться спящей, пока ты так разглядываешь меня! Даже твой взгляд будит во мне бешеное желание!

Открываю глаза и смотрю на тебя уже совсем не сонными глазами. И улыбаюсь… Зовущей улыбкой неутоленного желания.

Проведу кончиками пальцев по загорелой и нежной коже бедра, задевая ее только кончиками ногтей. Так, что по коже побегут мурашки. Проведу вверх, по внутренней его стороне, медленно, но с каждой секундой приближаясь к губкам пи3ды.

Пока не дотронусь до них кончиками пальцев. Проведу нежно и осторожно по складочке на них, снизу вверх. Потом снова один указательный пальчик вниз, и уже заберусь им между губок пи3ды.

Окуну его, совсем неглубоко, в горячую щель пи3ды, просто чтобы испачкать его в своей смазке.

И вверх этим влажным пальчиком между губок, слегка задевая клитор и обрисовывая его по кругу.

Мои пальчики ползут еще выше по моему телу, прикасаются к соскам, каждому по очереди. От этих прикосновений соски съеживаются, становятся похожими на маленькие холмики. Смотри, они торчат, призывно манят твои губы.

Подношу руку к губам. Обхватываю свой палец, который только что побывал в дырке моей пи3ды губами. На нем еще остатки моей смазки, совсем мало, почти все стерлось о соски. Но он пахнет мной!

И еще хранит именно мой вкус!

С наслаждением облизываю его… Если бы ты знал, как это вкусно! Терпкий, слегка сладкий вкус и только мой запах!

С моих губ срывается сдавленный стон, приглушенный сомкнутыми вокруг пальца губами.

Как ты можешь еще ждать? Неужели тебе не хочется прикоснуться ко мне? Попробовать меня?

— Иди сюда. И захвати, пожалуйста, бокал с вином, — прошу я тебя.

Вижу твое движение в кресле, как ты встаешь и подходишь к краю кровати, прихватив что-то со столика.

У тебя в одной руке широкий бокал для бургундского, в другой что-то оранжевое, пока не могу понять что…

Опираюсь на руки и сажусь почти на самом краю постели, по-турецки скрестив ноги.

Так, что губки пи3ды разбегаются в стороны, обнажая клитор и влажную щель между губок.

Поднимаю на тебе глаза… В них уже нет ни капли сна. Зато есть хулиганские огоньки и где-то в глубине таится еще не разбуженное до конца желание.

Твой хvй прямо напротив моих губ.

Обхватываю пальчиками ножку бокала, а второй рукой беру твой возбужденный хvй в свою ладонь.

Провожу по нему ладонью, сверху вниз, обнажая наполовину еще скрытую крайней плотью головку.

Прикасаюсь к ней языком.

Ты хотел этого?

Нежно и легко, проводя по головке широкую влажную дорожку, снизу вверх, от валика крайней плоти, по уздечке, до дырочки уретры.

Выделяется капля смазки, прозрачной, как слеза.

Кончиком языка слизываю ее.

Разве можно словами описать ее вкус и запах? Легкий, почти неощутимый запах, но уже такой знакомый и родной, дразнящий, тягучий, чуть сладковатый, зовущий, вызывающий желание прикасаться к тебе снова и снова.

Капля твоей смазки растекается по языку, оставляя на нем только твой неповторимый, трудно забываемый вкус.

Но я не хотела, чтобы все было так просто…

Подношу бокал, доверху наполненный розовым вином, к твоей головке.

Немного наклоняю твой хvй.

Так, чтобы головка сперва коснулась, а затем полностью погрузилась в прозрачную, слегка рубиновую жидкость.

Задержу его там на миг, слегка качнув бокал из стороны в сторону.

Пока твоя головка не покроется капельками вина. Которые десятком мелких и нежных дорожек стекут по ней.

Приподниму головку над бокалом.

На ней соберется сначала одна капля вина и упадет с тихим плеском в бокал.

Другая.

Смотрю, как они медленно стекают по твоей головке.

Пока их не остается вдвое меньше, чем было.

Бокал на пол.

Снова высуну язык и вот теперь оближу головку твоего хуя, обхватив твой хvй ладонью, с каждой стороны, слизывая с нее все капельки, оставляя за своим языком гладкую и блестящую поверхность.

Широкая дорожка снизу головки, снизу вверх…

Не отрывая языка, вниз, до валика крайней плоти сначала с одной стороны.

Потом с другой, но уже ведя языком вверх, снова к самой вершине залупы.

Приоткрываю рот, всасываю губами твой хvй.

Головку.

Вот она во рту, полностью.

Круг по ней языком.

Еще один.

Легкое прикосновение к вершине головки кончиком языка, как бы ставя точку в прикосновениях к ней языка.

Губы ползут по стволу твоего хуя вниз.

Ощущая под собой все выпирающие и обвивающие его венки.

Ощущая под собой гладкость и нежность тонкой кожи.

Еще ниже, заглатывая твой хvй полностью, прикасаясь губами к волосам на твоем лобке.

И тут же, не останавливаясь, движение обратно, вверх, к валику крайней плоти.

Не выпуская головки хуя изо рта.

Она лежит на моем языке, у меня во рту.

Снова круг языком по ней.

И снова вниз, до самого конца твоего хуя.

До самого его основания.

Чувствую на себе твой взгляд, и твои пальцы в моих волосах, задающие моим губам темп.

Нужный тебе темп.

Так хочется сделать приятное именно тебе.

Настолько, что забываю о себе, когда ты рядом.

Как будто мое тело существует, чтобы дарить его тебе. Мою кожу — твоим рукам, мои руки, губы и язык — твоему хую. Дарить себя полностью, без остатка, переводя свои чувства в язык тела, говорящий намного больше, чем слова.

Отдавать, не думая, что получу взамен.

И получать еще больше, чем отдаю тебе. Настолько больше, что я никогда не смогу тебе все вернуть.

Наслаждаться каждым твоим вздохом, каждым стоном в ответ на угаданное мной движение и прикосновение к твоему телу.

Твои хриплые, не сдерживаемые стоны, отзывающиеся как струны на каждое мое прикосновение. Прикосновение губ, языка и рук.

Одна рука лежит на основании твоего хуя, а второй нежно обхватываю твои яйца. Сложив ладонь лодочкой так, чтобы они просто легли в нее.

Приятная тяжесть в ладони. Знаешь, что я хочу потом сделать? Тебе нравятся мои выбритые губки пи3ды? А я хочу почувствовать своим языком нежную шелковистость кожи на твоей выбритой мошонке. И я хочу сделать это сама, возможно, с твоей помощью, но сама! И потом прикоснуться к ней языком, самым кончиком. Но это будет потом, сейчас это желание неожиданно возникло у меня и сразу пропала, отложившись на потом.

Потому что сейчас ты повел бедрами назад, медленно вынимая свой хvй у меня изо рта.

Твои яйца скользнули по моей ладони, оставляя ее пустой.

Я смотрю, как ты садишься на край постели.

Нажимаешь мне на плечо, откидывая меня назад, на спину.

И не даешь мне вытянуть ноги, оставляешь их согнутыми в коленях и широко раздвинутыми.

У тебя в руках спелый персик. Ты очищаешь его от кожуры.

Похоже, я догадалась, чего же ты хотел.

Раздвигаю ноги еще шире похотливая девочка, да? и не отрываясь смотрю на твои руки.

На то, как ты подносишь очищенный и сочный персик к моей пи3де. Чувствую, как ты проводишь им между губ раскрывшейся пи3ды. Прохладный, бархатистый персик и горячая, влажная, раскрытая щель пи3ды. Кончик персика покрывается моей смазкой.

Ты двигаешь им сверху вниз, от клитора до промежности.

И снова вверх.

Останавливаешься у дырки пи3ды… и… не торопишься, хотя и видишь нетерпение в моих глазах и движениях. Видишь, как я инстинктивно подаюсь бедрами навстречу этому дразнящему мою дырку фрукту!

— Сучка! — ты произносишь это улыбаясь и глядя мне в глаза.

— Да! — только и могу выдохнуть я, потому что все ощущения, все мое сознание сосредоточено у меня между ног, раздвинутых как можно шире, между которых ты держишь похожий на хvй плод.

Все так же глядя на меня, ты медленно вводишь его в меня. И видишь, как мои губы приоткрываются и слышишь мой стон. Самый первый стон, еще тихий, похожий на вздох облегчения.

Видишь, как я подношу обе руки к груди, беру их сначала в ладони, потом захватываю пальцами торчащие соски, пропускаю их между пальцев и сжимаю двумя пальцами, указательным и большим. Слегка тяну их в стороны, тем сильней, чем глубже ты вводишь персик в мою пи3ду.

Пока он не входит в меня полностью! Но разве такая ласка может насытить? Нет, она только дразнит аппетит, как аперитив перед основным блюдом. Вкусно, но мало!

Но нам ведь некуда торопиться? И нам обоим нравится эта игра.

Ты переводишь взгляд с моего лица на мою пи3ду и так же неторопливо, как и вводил его в меня, ты вытаскиваешь его из моей пи3ды. Наблюдая, как теперь уже влажный, покрытый моей смазкой по всей длине персик появляется из моей пи3ды, миллиметр за миллиметром.

Пока ты не вынимаешь его весь.

Подносишь его ко рту.

Вдыхаешь его запах, мой запах. Тебе нравится?

Прикасаешься им к своим губам, слегка проводишь им сначала по верхней губе, затем по нижней. Остаются влажные дорожки моей смазки на твоих губах.

Приоткрываешь рот…

И откусываешь сочный кусочек.

Интересно, какой стал вкус у персика, покрытого моим соком и согретого теплом моей пи3ды?

— Попробуй. — ты протягиваешь его мне.

Я тоже откушу один кусочек от персика. Разомну его во рту языком, ощущая терпкий вкус себя.

Еще один кусочек.

Одной рукой обхвачу твою руку, держащую персик, и притяну тебя к себе.

Приоткрою рот и прикоснусь своими губами к твоим.

Твое жаркое дыхание обжигает мои губы. Ты замираешь… и тут же с силой впиваешься в мои губы своими.

Похоже, что эта игра далась тебе не легко, заставила слишком долго сдерживать себя, и пробудила то звериное желание, которое так нравится мне!

Одной рукой ты обхватываешь мою грудь, с силой сжимая ее. Наверное, останутся следы от твоих пальцев, но сейчас уже все равно!

Мне сейчас все равно!

Потому что в голове кровью стучит лишь одно неутоленное желание.

Желание почувствовать твой хvй в своей ставшей такой ненасытной пи3де!

Обхватываю твой хvй ладонью. Провожу обнаженной головкой по влажной складке между губ пи3ды.

— Давай! Сильно и резко! — шепчу тебе я, найдя промежуток в поцелуе.

Одно твое движение бедрами.

Вниз.

Хлопок, звук удара одного тела о другое.

Мой громкий стон.

И твой хvй во мне, доставая меня так глубоко внутри, как только возможно!

Недолгая остановка, позволяющая насладиться ощущениями.

И снова сильный удар в меня.

На всю глубину, пока не дернусь от удара твоего хуя о матку.

И движение моих бедер навстречу тебе.

И твое движение обратно, пока не хлюпнет только оставшаяся в пи3де круглая головка.

Еще и еще раз.

Столько, сколько хватит сил сдерживать рвущийся наружу оргазм.

Который накатывает волной, которую уже невозможно сейчас сдержать.

Последний удар двух тел.

Твое резкое движение назад.

Твой мимолетный взгляд на меня. Но его хватило, чтобы увидеть мое желание. Желание почувствовать твою сперму на моей коже.

Ты обхватываешь свой хvй, только что бывший в моей горячей пи3де, ладонью.

И направляешь его на меня.

Первая дорожка прочертила бело-матовой и влажной полосой мою кожу, еще сохранившую следы летнего загара.

Прикоснусь к ней пальцами и еще теплую и скользкую жидкость размажу по своей коже, растирая сгустки спермы пальчиками.

Еще.

И почти без промежутка, почти сразу, толчками еще одна порция твоей спермы.

Она собирается на моем животе маленькой лужицей из белых сгустков.

Обмакну в нее палец, так, чтобы испачкать его в сгустках спермы.

Потяну палец в рот и оближу его, зажмурив глаза от удовольствия.

Потом посмотрю на тебя и притяну тебя к своим опухшими и искусанным губам.

И прошепчу тебе на ухо:

— Пойдем в душ, я хочу кое-что сделать с твоими яйцами.